Light Travel: Мой первый класс с ЙОГИ ДЖИ

LIGHTTRAVEL.ORG

Принцип, о котором надо помнить в жизни – это
путешествовать легко и светло. Вы всё время путешествуете.
Путешествуйте легко и со светом, живите легко и со светом,
распространяйте свет, будьте светом.

– Йоги Бхаджан

Sikh Stories

Воспоминания о ЙБ

Community

МОЙ ПЕРВЫЙ КЛАСС С ЙОГИ ДЖИ

Кирпал Сингх Хальса

Не могу сказать, что тот день, когда я в первый раз увидел Йоги Бхаджана, я вспоминаю с особой радостью. Тем не менее, я расскажу о событиях этого дня по порядку. Это было в феврале 1970 года. Я посещал занятия по Кундалини Йоге уже несколько недель. Мой учитель, сияя, сказал нам, что приезжает Йогиджи.

У меня с первого занятия по Кундалини Йоге сложилось довольно четкое пред-ставление о Йогиджи. На каждом уроке на меня со стены смотрел его образ, погру-женный в медитацию. И ничто в этом изображении не вызывало во мне особой люб-ви к нему. Он выглядел довольно свирепо. Мне же представлялось, что духовный наставник должен жить в благости, много улыбаться и делиться жемчужинами муд-рости, которые волшебным образом отпирали бы двери восприятия. Йогиджи не от-вечал ни одному из этих условий. И все же мои учителя отзывались о нем с восторгом.

До моего первого класса по Кундалини Йоге я продвигался по духовному пути под воздействием химии. Я был яростным поклонником Тимоти Лири и Ричарда Альперта с их Психоделическим Опытом. Взорвать мозг и ощутить блаженство от увиденного мельком рая было просто. Невозможно было там остаться. На самом деле, психо-делический опыт, пробуждавший мой ум, в то же время оставлял все более глубокие колеи в моем сознании, от которых, как оказалось, мне было все сложнее осво-бождаться. Если бы я продолжил идти по этому пути, мои умственные нарушения были бы куда более серьезными, чем те, которые у меня уже есть сейчас.

Привычка — вторая натура. После всего нескольких недель Кундалини Йоги я все еще продолжал использовать химию для достижения измененных состояний созна-ния. Когда я узнал о приезде Йоги Бхаджана, то решил, что нужно обязательно накуриться до этой встречи. Какая ошибка!

По дороге на занятие мы с моим другом накурились травой. Я подумал, что пара косяков расширят мое сознание в достаточной степени, чтобы я смог понять, что из себя на самом деле представляет этот Йог. Наше поведение привлекло внимание местной полиции. Нас прижали к обочине, и мне пришлось проглотить окурок с марихуаной. Через 60 секунд 5 полицейских машин окружили нашу машину. Они, очевидно, думали, что задержали крупного наркоторговца, и организовали облаву. Нам сказали выйти из машины и поднять руки вверх. Нас обыскали. Ничего из того, что их могло заинтересовать, они в наших карманах не нашли. Через 5 минут подъехала шестая машина, без опознавательных знаков. Офицер предъявил ордер на обыск моей машины.

На мой маленький Хиллман набросились сразу четыре офицера. Они сняли дверные панели, подняли сиденья, вытряхнули пепельницы, опустошили содержимое бар-дачка и облазили все углы и щели. Я только и видел, что темно-синие зады офице-ров, выискивавших разоблачительные улики. Но я совершенно не волновался. За три дня до этого я вычистил свою машину. Я пропылесосил пол, вычистил пепель-ницы и выбросил мусор. Я выбросил все свидетельства двухлетнего злоупот-ребления наркотиками. Узнай кто о содержимом того мусорного ведра, я бы мог на-долго загреметь за решетку. Но не бывает совпадений. Йоги Джи уже тогда охранял меня.

Это облава была настоящим выстрелом в живот. Это было одним из многочисленных посланий, которые я получил в то время, говоривших мне, что пора менять образ жизни. До меня очень медленно все доходит, поэтому Богу пришлось пойти на крайние меры.

Мы ввалились на занятие Йоги Джи с большим опозданием. Аудитория была набита до отказа. Лекция была прервана нашим приходом. Йогиджи проигнорировал мое приветствие и сказал нам: "Давайте, садитесь". Все в нем было огромное: белый тюрбан, черная борода, живот и громовой голос. Он не был похож на скромного, благостного йога. На нем была индийская рубашка, которая еле прикрывала его бедра и обтягивающие штаны. Из Лос-Анджелеса с ним приехали еще два человека: пожилая дама с седым начесом, одетая в сари, которую я позже полюбил и которую звали Шакти Парва, и несколько полноватый, гладковыбритый мужчина, который выглядел еще более офигевшим, чем я. Много лет спустя Шакти объяснила, что этот мужчина — ее сын.

Честно говоря, я очень плохо помню это занятие. Я припоминаю, что он много гово-рил о вреде наркотиков и заставлял нас делать какие-то невообразимые упраж-нения. В остальном же, в памяти остались лишь обрывки впечатлений и смутные об-разы. Я был обескуражен его требовательным тоном. И его грузное телосложение меня не впечатлило. Он не показывал никаких упражнений сам, вместо него это де-лал местный учитель. Мне казалось, что ему не терпится закончить лекцию и уйти. На самом деле, мне казалось, что у него настолько большое Эго, что ему вообще на нас наплевать. Но, как вы помните, я специально обкурился, чтобы понять, что этот человек из себя представляет.

Теперь, годы спустя, я понимаю, почему первая встреча с Йоги Бхаджаном оказала на меня столь малое влияние. Я просто был не готов к встрече с ним. Я пришел на класс, прячась за наркотический дурман. Это был защитный механизм, включив-шийся, чтобы защитить мое хрупкое Эго. Удивительно, что я вообще хоть что-то помню. Мое зрение сконцентрировалось на второстепенных образах, которые "удобно" затеняли глубину сознания. Но, несмотря на мои защиты и негативные ре-акции, я не смог отвергнуть его как шарлатана. В действительности, на подсозна-тельном уровне я знал, что я его упустил. Я остался ждать новой встречи с ним, настоящей встречи.

back