LIGHTTRAVEL.ORG
Принцип, о котором надо помнить в жизни – это
путешествовать легко и светло. Вы всё время путешествуете.
Путешествуйте легко и со светом, живите легко и со светом,
распространяйте свет, будьте светом.
– Йоги Бхаджан
РАННИЙ ОПЫТ АШРАМА 3НО
мемуары Кирпала Сингха
Мне нетерпелось переехать в Ашрам. Я уже месяцы занимался йогой; я носил белую одежду; я прошел интенсивный курс йоги; я даже встречался с самими йогами. Я был готов.
Но мой учитель йоги думал иначе. Вообще-то, он даже пытался меня отговорить.
"Ты уверен, что готов?" – спрашивал он.
"Тебе придется вставать каждый день в 3:30 утра".
"Замечательно" – я захлебывался от восторга.
"Там совершенно негде уединиться" – продолжал он. "Это то же самое, что жить в аквариуме".
"Мне и не нужно уединяться" – сказал я.
"Мы целыми днями работаем в ресторане почти за бесплатно" – предупреждал он.
А я ему: "Ну и ладно. Мне много денег не надо".
Он всплеснул руками, замотал головой и сказал: "Я даю тебе испытательный срок в 40 дней. Если ты выдержишь 40 дней, мы поговорим о твоем переселении сюда".
Это были 1970. Шестидесятые уже прошли. Для большинства людей пришло время вернуться на землю, очиститься и серьезно взглянуть на жизнь. Но только не для меня – для меня это было время, чтобы взять идеалы 60-х и жить ими. Мое сознание открыли занятия Кундалини Йогой в Денверском Университете. Мой учитель, Хари Дас, с длинными светлыми волосами, лохматой оранжевой бородой и мерцающими глазами, был для меня воплощением просветленной души.
Вместе с другими неженатыми мужчинами я въехал в недостроенный подвал Ашрама Хари Даса на Клейтон стрит. Незамужние женщины туда не допускались, однако никакого строго предписания ине требовалось. Матаджи, жена Хари Даса и "мать" для всего ашрама, окрестила подвал "Преисподняя". Женщины и близко не подходили.
В 3:30 утра один из моих соседей по комнате, Махадев, проходил по Ашраму, бренча на гитаре и истошно вопя: "Восстань и воссияй во славу Господа". Дальше спать было просто невозможно. Все одновременно вскакивали и пытались про-рваться в уборные. Оттуда доносились крики "Вахегуру! Вахегуру! Вахегуру!" - это очередной йог залез под холодный душ.
Ну и странная же компания стеклась в Ашрам, чтобы отработать свою карму! Наш духовный лидер, Хари Дас, бывший Космос Лавджой из Венис Бич (Калифорния), был одним из первых учеников Йоги Бхаджана. Рамананд, Лиза и их четырех-летняя дочь, Фернгольд, только приехали из Коммунны на свиноферме недалеко от Таоса в своем небольшом отремонтированном школьном автобусе. Они хотели упорядочить свою жизнь. 38-летняя Лаура, самая старшая женщина в группе, оставила в Чикаго разваливающийся брак. Махадев и Кришна, два молодых парня из Нью-Йорка, автостопом проехали по стране в поисках духовного сообщества. Эти прирожденные комики постоянно шутили, а мы умирали от смеха. Нарайан был в полной прострации от чрезмерного потребления психоделиков, чтобы до него достучаться, приходилось окликать его раза три. Тирон, компактный афро-амери-канец, только что досрочно освобожденный из Тюрьмы Штата Колорадо. В тюрьме он занимался Кундалини Йогой, и в группе был добрейшей и нежнейшей душой. Мелисса изучала музыку в Денверском Университете и обожала пение.
Наша Садхана, ежедневная духовная практика, состояла из двух часов пения длинной мантры Эк Онг Кар. Мы это делали каждый день. За песнопениями сле-довал полный комплекс упражнений Кундалини Йоги. Завершали мы музыкой и пением. Иногда мы добавляли 31 минуту Сат Крийи.
Хари Дас вел ежемесячный график Садханы. Его вывешивали на дверь туалета. Зеленый означал осознанное присутствие. Желтый – неосознанное присутствие. Красный – отсутствие без уважительной причины. Обитатели Ашрама очень горди-лись широкими полосами зеленого в своих таблицах. Те же из нас, у кого преобла-дал красный цвет, становились предметом живейшего обсуждения на семейных собраниях. Каждый месяц таблицы отправлялись в Штаб 3HO в Лос-Анджелесе. Наверное, они до сих пор где-нибудь хранятся.
Семейные собрания были значимой частью нашей жизни. Мы встречались после Садханы каждое воскресное утро. Хари Дас изо всех сил старался держать фокус группы, в то кремя как мы обнажали свои души, делились страхами и стремле-ниями, высвобождали гнев и выслушивали обратную связь друг друга. Каким-то образом все получалось: групповая осознанность преобладала, правда выявля-лась, сердца открывались, и группа становилось более сполченой.
После Садханы был групповой завтрак. У нас всегда была очень хорошая еда из ресторана: йогурт, фрукты, гранола и Йоги чай. После завтрака была карма йога. Мы пылесосили, подметали, мыли посуду, полы, застилали кровати и всячески приспосабливали ашрам для жилья. Матаджи готовила Йоги чай. Ашрам постоянно благоухал корицей, гвоздикой и имбирем. До сих пор запах свежего Йоги чая переносит меня в воспоминаниях в те ранние дни в ашраме.
Следующие 12 часов большинство из нас работали в Кулинарии Сознания Ханума-на, в двух шагах от Денверского Университета. Ресторан еле сводил концы с концами, зато любое Эго он точно сводил на нет. В первый же мой рабочий день Хари Дас заставил меня вымыть все помойные ведра.
За ними последовали холодильники. Наконец, меня повысили до посудомойщика и оттирателя кастрюль – оттирать карму. Последующие повышения мне были обеспе-чены, поскольку повара и управляющие регулярно сходили с ума и увольнялись. Очень быстро я стал шеф поваром и менеджером. У меня было полно своих заки-донов, но я почему-то не ушел.
Ашрам разросся до центра общины. Мы проводили классы по йоге и кулинарному искусству, часто устраивали вечеринки, полнолунные медитации, пикники, игры, музыкальные и прочие развлекательные мероприятия. Все, что мы делали, имело духовный смысл, и люди тянулись за духовностью.
И, как-будто наша жизнь казалась нам недостаточно насыщенной, мы ежегодно проводили несколько интенсивов по Кундалини Йоге. Двадцать или тридцать сильных духом проводили два с половиной дня в горах, занимаясь йогой и медитацией, питаясь по особой диете, ведя дискуссии в группе, бродя по тропам и открывая осознание. На интенсивах всегда было весело, для многих будущих обитатаелй ашрама они стали первым опытом духовной жизни.
Самое крупное событие года – приезд Йоги Бхаджана. За неделю до его приезда мы отчистили ашрам от пола до потолка, покрасили все, что было в поле зрения, купили новую мебель и вытурили большинство жильцов на задний двор, чтобы освободить место. Мы одолжили хорошую мебель у друзей, студентов и родст-венников, и привратили Ашрам в очень уютный дом. Йогиджи всегда находил время встретиться со всеми обитателями ашрама, выслушать их проблемы и всех вдохновить. Его слова могли стереть вас в порошок, в то же время, глаза излучали любовь. В течение трех дней, с раннего утра до рассвета следующего дня, он без передышки проводил занятия, навещал людей, принимал гостей, ходил в кино и по магазинам, осматривал достопримечательности, ходил в рестораны, и постоянно учил каждого, кто находился на расстоянии крика. Я не знаю, как ему это удавалось. Мы так устали, что после его отъезда нам понадобилась неделя, чтобы восстановиться. А он просто садился на самолет, летел до следующего пунка назначения, и делал то же самое.
В каждом ашраме есть свои оригиналы. В нашем был Кришна - фанатик еды. Он с одержимостью читал этикетки на всех продуктах, и тут же указывал каждому на смертельные последствия его пищевых привычек. Дошло до того, что он очистил от "нездоровой", по его мнению, еды все шкафы Ашрама, включая наши личные съестные тайники. Он был прав, здоровые и приближенные к Богу, мы заедали себя в болезни и смерть. Только Йогиджи смог его исправить. Мы были в ресто-ране, и наш фанатичный друг враждебно смотрел на поглощаемую нами нездоро-вую пищу. Йогиджи наклонился к нему и приказал: "Съешь это!". И указал на огромное шоколадное печенье на десертном подносе. Сказал, как отрезал. Кришна мог бы взбеситься и уйти. Но он вместо этого засмеялся, съел целое печенье, и перестал заморачиваться по поводу еды.
Хари Дас был моим первым учителем йоги. Я смотрел на него с чувством благо-говения. Он был божественно вдохновлен, всегда прав, и направлял свою стаю с изяществом и мудростью. На самом деле, он был таким же ребенком, как и я, только на несколько лет старше. Я отказывался видеть его непоследовательность и некоторое безумие. Но однажды утром мы проснулись, а он исчез, вместе с молодой женщиной, которая недавно приехала в Ашрам. Сейчас я понимаю, что о его предстроящем отъезде можно было и догадаться. Он перестал ходить на садхану, отдалился от группы и перестал работать в ресторане. Настало время остальным проявить себя.
Спустя неделю после отъезда Хари Даса, позвонил Йоги Бхаджан и поросил меня занять его место. Прошло немногим больше полугода, с тех пор как я был еще совсем новичком в йоге. С тех пор я стал учителем Кундалини Йоги и управля-ющим ресторана. За две недели до звонка, Йогиджи приезжал в Денвер и сочетал браком меня и мою жену в сложной церемонии в ресторане. И вот я стал главой Ашрама. Все проявленное мной безумие Хари Дас вернет мне в виде кармы.
Вскоре Ашрам вырос из дома на Клейтон стрит и переместился в более просторное помещение на Джозефин стрит. Через несколько лет мы продали ресторан и пере-несли центр активности в Болдер, где Ашрам эволюционировал в сообщество. Из группы людей, проживающих под одной крышей, мы превратились в группу лю-дей, живущих по отдельности в собственных домах и работающих вместе над пос-троением сообщества. Каждый член сообщества имел право быть учителем, а пози-ция главы ашрама преобразовалась в комитет ответственных и преданных личнос-тей, выражаяющих общее мнение. Сегодня эволюционировала даже сама идея сообщества. Раньше сообщество объединяло людей узкой географической терри-тории, теперь – всего мира. Ценности остались теми же, что в ранние дни ашрама. Мы живем друг для друга, поддерживаем нашу садхану, и вместе работаем над тем, чтобы повысить нашу осознанность и создать прекрасное завтра.
Kirpal S. Khalsa
Contract Administrator
Akal Security, Inc.
design © Yoga X-Press
redesign, April 2007
sponsored by the Yoga X-Press Publishing House, Russia www.yxp.ru